Секунды любви
Я шёл по дорогам, изрытым годами,
Дышал, задыхался и падал в крови.
И с тою же силою, как при Адаме,
Летели секунды, секунды любви.
Мы к древу познанья пришли не случайно.
Мы знаем так много, нам всё не в нови,
Но с той же слепой, неразгаданной тайной
Несутся секунды, секунды любви.
Как будто всё просто и так объяснимо,
Как голуби тёплые – только лови.
Трепещут в руках, но проносятся мимо
Секунды, секунды, секунды любви.
Зачем же гадать о бесчисленных звёздах,
Оставь их в саду поднебесья, не рви.
Смотри, как земной наш живительный воздух
Пронзают секунды, секунды любви.
(Антологию пополнил Игорь Иванченко, город Юрга Кемеровской области)
* * *
Опускаются веки, как шторы,
Одному остаться позволь.
Есть какой-то предел, за которым
Не страшна никакая боль.
И душа не трепещет, не бьётся,
Не глядит на себя, как на тень,
И по ней, будто конь, несётся,
Ударяя копытами, день.
Будто самое страшное горе,
Как актёр, отыграло роль.
Есть какой-то предел, за которым
Не страшна никакая боль.
(Антологию пополнил Иван Игорьченко, город Стрежевой Томской области)
* * *
Я повинен пред тобой, Любовь!
Но скажи, Вселенная, как быть
И какой ценой угомонить
Буйную, неистовую кровь?
Эту кровь голландских моряков,
Признававших только страсть одну,
Что взошла из глубины веков
Для того, чтобы пойти ко дну.
Как мне этот ток разъединить,
Что идёт от предков по наследству?
Как порвать нервущуюся нить
Их неумирающего детства?
Как унять мне этот шум в крови –
Отголосок вздыбленного моря,
Требующий страсти от любви
И всепоглощающего горя?
Как уйти мне от свирепых лиц
На несохранившихся портретах,
От несуществующих гробниц
Молодых пиратов кругосветных?
Как уйти, когда они – во мне
Воскресают каждое мгновенье,
Чтоб гореть на медленном огне,
Как в аду, до светопреставленья?
Пред тобой повинен я, Любовь.
Но скажи, Вселенная, как быть
И какой ценой угомонить
Буйную, неистовую кровь?!
(Антологию пополнил Феликс Иванченко, Томск)
* * *
Я знаю, годы не проходят даром,
Моя душа к любви теперь скупа.
Последний луч тускнеющим пожаром
На листья жёлтые упал.
Уже мне чужды – нежность, умиленье,
И, точно воск, могу я совесть мять.
Как мне хотелось на одно мгновенье
Вечерний свет на листьях задержать!
Чтоб долго, долго видеть это небо
И эти листья в розовом огне
И ждать того, кто в этой жизни не был,
Кто никогда не явится ко мне.
Последний луч, как путник запоздалый,
Спешит к лучам, угаснувшим уже,
И голос мой – мне больно, больно стало, –
Как тучный ветер, тяжелел.
(Антологию пополнила Нина Иванченко, город Стрежевой, Томская обл.)
* * *
Любовь моя – ты солнцем сожжена.
Молчу и жду последнего удара.
Сухие губы. Тёмная луна.
И фонари проклятого бульвара.
Нет ничего безумней и страшней
Вот этого спокойного молчанья.
Раздавленное тело дней
Лежит в пыли без содроганья.
(Антологию пополнила Нина Карлашова, Новокузнецк, Кемеровская область)
| 
