Беседы о Гомере
...О чём сегодня будем говорить?
Вчера, как помню, речь шла о Гомере.
Прохладно в доме... Пледом не укрыть?..
А где очки?.. Ах, да, – на секретере.
И всё-таки никак я не пойму
Вот это место из четвертой песни:
Афина с Герой явно за ахейцев,
А Зевсу, вроде, всё по кочану,
Но на фига он подколол Афину,
Что, мол, Парису прикрывают спину?..
....Когда меня везли на Колыму
По первой ходке, – от этапа ада,
Как ни смешно, спасала «Илиада»,
Которую мне в «сидор» положил
Ицкович, – из вредителей-лепил, –
Их этапировали к нам из Ленинграда...
....Вот до амнистии он так и не дожил,
А жаль... Умен был, хоть и из евреев, –
Знаток поэтов, ямбов и хореев...
Он весь барак по-тайному лечил...
А я тогда дубина был – отменный, –
Ребенок нищеты послевоенной,
По мелочам, чтоб выжить, воровал,
Бродяжничал, потом к ворам попал,
Потом подсел... До книг ли, в общем, было?
А этот странный маленький лепила
Нам вечерами всё стихи читал,
Рассказывал, – и ведь не врал, однако, –
Что был знаком с поэтом Пастернаком,
И у Ахматовой дневал и ночевал...
С тех пор полвека жизни проканало,
А книга сохранилась, не пропала, –
Четыре ходки, – двадцать с лишним лет
Она со мной по зонам кочевала...
Ты спишь уже?.. Давай притушим свет.
Я посижу, пожалуй, полчаса, –
Перечитаю про коня с Приамом...
Как там, у тоже зека, – Мандельштама:
«Бессонница... Гомер... Тугие паруса...»
(Антологию пополнил Игорь Касько, Ставрополь)
Лорелея
1
не ласкала скалы бы, словно прима «Ла Скалы», голосом,
кто бы знал о тебе, – что на Рейне, что где-то на Каме,
или это твои золотые, как солнце, волосы
в тихих плавнях шуршат засохшими камышами?
и твоя ли, всё-таки, песня сбивает с курса,
заставляя бросаться туда, где, не зная броду,
лишь в последний миг поймёшь, что любовь – искусство,
прежде чем безвозвратно канешь, как камень, в воду…
2
… а туманы утрами белёсы ресницами альбиносов,
словно сны, уплывают, и тогда, со сна соловея,
вспоминаю твои глаза, что слегка раскосы,
твои косы, да имя напевное – Лорелея…
звуком дудочки тростниковой в тумане утра
буду сутру тебе слагать на далёкой Каме.
Лорелея, Ева, Лилит моя… кама сутру
наших душ барельефами в храмах лелеет камень.
(Антологию пополнил Сергей Сутулов-Катеринич, Ставрополь)
| 
