45-я параллель - поэтический альманах - Из первых рук

– Наша газета традиционно следит за литературным процессом… Правда, основное внимание, до поры, уделяла прозаикам. И здесь нам есть чем гордиться, назовём несколько имён героев наших публикаций: Александр Кузьменков, Олег Курылёв, Павел Анорин… Увы, неохваченными оставались поэты. Но пугливые бледные юноши и томные барышни более погружены в мир собственных видений и ассоциаций, нежели расположены к беседам с журналистами. И всё же… мы решили закрыть и эту брешь.

Итак, у нас в гостях Владимир Монахов, недавно опубликовавший свои стихи в антологиях вышедших в Москве и Петербурге и, которые, поступили в Братск. Одна книга называется «Сквозь тишину» и вобрала в себя тысячи хайку современных поэтов. Вторая – «Антология ПО», экспериментальная визуальная поэзия, в которую играется братчанин. Заметим, что последний свой авторский поэтический сборник Владимир издал в 2001 годом, впрочем, это не помешало ему стать дипломантом конкурса русских трехстиший, лауреатом премии Владимира Максимова за публикации эссе в журнале «Юность»…

…принципы честности и гласности, которыми руководствовался Пушкин во всём, что касалось литературы, журналистики, гражданской позиции, и отстаивая которые он погиб, оказались востребованы обществом и сформировали то уникальное положение русского поэта, которое принципиально отличало его в течение 200 лет от положения поэта западных стран. На протяжении этого времени отношения поэта и российской власти складывались по-разному: поэт мог служить ей (в XIX веке таких примеров не вспомню, а в ХХ – Маяковский, я имею в виду выдающихся, конечно, мастеров, а не графоманов); поэт мог, будучи приближённым к представителям высшей власти, пытаться просвещать их, облагораживать, предупреждая несправедливость, борясь с невежеством и невоздержанностью (как Державин, Карамзин, Жуковский); мог выбрать позицию абсолютного гражданского невмешательства (как Фет, Волошин); а мог, как Пушкин, оставаясь честным и внутренне независимым, находиться в оппозиции к тирании власти, не только не скрывая этого, но делая свою позицию достоянием гласности, открыто обсуждавшуюся в обществе.

Наталия Литвинова

– Последние ваши книги стихов вышли шесть лет назад. У вас творческий застой?

– Застоем эти годы назвать не рискнул бы, я по-прежнему активно публикуюсь в журналах, альманахах, антологиях, коллективных сборниках, сетевых литературных изданиях. Просто за последнее время изменился формат, как сейчас принято говорить, литературы. Книга как самостоятельная единица перестала главенствовать. Теперь для меня в поисках читателя важнее и доступнее раскрученные поэтические сайты, где я выставляю новые тексты, часто свёрстанные в циклы и сборники, и получаю мгновенный, порой в течение нескольких минут, читательский отклик. И к тому же стало больше журналов и антологий, которые публикуют активно мои произведения.

– Литератор не может этим зарабатывать...

– С тех пор как рухнул СССР литературный заработок в стране практически отсутствует, я давно не получаю денег за своё творчество. Последний мой удачный в финансовом плане проект назывался «Второе пришествие бытия». Мне помогли его успешно реализовать друзья в конце прошлого века, что позволило издать последующие книги стихов и прозы. Теперь надо изрядно попотеть, чтобы на книге не просто заработать, а хотя бы вернуть потраченные на издание деньги. Овчинка выделки не стоит. Проще отдать в свет стихи без надежды получить за это деньги. Самый солидный гонорар в 2002 году мне выдал журнал «Арион», он исчислялся в символической суммой – 666 рублей. Сейчас, в лучшем случае, выдадут авторский экземпляр, в худшем призовут выкупить мои же стихи в антологии, как это произошло с последними столичными изданиями. И обижаться на это не стоит. Я всегда знал, что на стихах в нынешнем мире не заработаешь, и никогда к этому не стремился.

– И что, книга, как формат, для вас потеряла смысл?

– Для меня нет. Но живу с ощущением, что в книжных развалах настоящая литература гибнет. И хотя книга на глазах нашего поколения умирает, я её всё же пишу. У меня уже набралось материала на книгу прозы и стихов, но реальность сдерживает этот тщеславный порыв: издание требует больших затрат и не только денежных, но и временных, а сетевая словесность позволяет выйти к читателю мгновенно с любой точки земного шара. Раньше для меня сборник был самоцелью, теперь обуза, его ещё надо распространять, а сеть не требует торговой суеты сует – тебя находят самостоятельно. У меня достаточно читателей, которые подтверждают, что мой труд не напрасен.

– Значит, искать Владимира Монахова нужно не на полках книжных магазинов, а в Интернете…

– Это правильный ход мысли. Ведь в изящной словесности главное достижение современной Сети в том, что за короткий срок она сформировала и объединила самодостаточное сообщество поэтов в организованную поэтомассу, поэтотолпу. И это позволило поэзии выйти или даже, если хотите, выпасть из политического контекста истории, чтобы активно существовать самой по себе в своём собственном пространстве, даже игнорируя читателя, сделав своими читателями таких же производителей стихов. По существу поэтомасса производит и потребляет стихи, создав замкнутый круг творчества, куда каждый может легко проникнуть и столь же легко выйти. В этом открытом пространстве Поэт перестаёт служить идеям, а молится только Слову, сосредоточив в нём новое чувство Бога-отца, сына и святого духа. Поэт сознательно отказывается быть носителем идеологий и учений, а становится простым, часто незаменимым работником языка. Вдыхая Слово, как чистый дух, он стремится взамен выдохнуть вокруг себя чистые стихи, хотя при этом очень часто нарушает принятые каноны стихотворного сложения. За это его часто обвиняют в графоманстве, но он не обижается, а продолжает записывать свои даже корявые строки, где-то в коллективном подсознании надеясь, что его роль не менее важна, чем роль хлебопашца. Недаром замечено, что Поэт живёт при любом режиме, каждый режим чахнет без Поэта.

– На мой вкус, слишком заумно. Вероятно, эти идеи заставляют вас отказаться от прямого общения с читателями.

– Нет, конечно. Раз в год я обязательно встречаюсь с читателями в центре творчества детей и молодежи №1. Последняя такая встреча была совсем недавно. Регулярно участвую в фестивалях за пределами города. Вот был в Санкт-Петербурге. А когда в Братск приезжают поэты, как это было во время Байкальском фестивале, то я с удовольствием выступаю и с ними.

– Как я понял, при всей любви к Интернету, в ближайшие годы у вас все-таки выйдет книга?

– По крайней мере, я собираю под одну обложку прозу и поэзию последних лет, а там пусть будет, как будет. Может кого-то из будущих читателей заинтересует её рабочее название «Люболь», а кого-то привлечет подзаголовок «Всё хорошо, но не слава Богу»…

– Кстати, как отметили День поэзии?

– С утра проводил акцию – вручал сборники своих стихов тем, кто поздравил меня с праздником поэзии! Акция продолжалась до вечера – ушло около пятидесяти книжек. При этом я друзьям напомнил свой самый публикуемый шуточный текст.

– Вы самый плохой

поэт в России, –

сказали в журнале,

вернув рукопись...

Ушел счастливым –

впервые

назвали

поэтом!

Беседовал Олег Мартов

На снимках Татьяны Баевой: ВМ читает свои стихи;

поэт, девушки и автографы.

(Первоисточник – газета «Братская ярмарка»: 30 марта 2007 года).

«Книга отмирает, но я её пишу»

Наталия Литвинова

Беседовал Олег Мартов

На снимках Татьяны Баевой: ВМ читает свои стихи;

поэт, девушки и автографы.

Свободный поиск

РЕДКОЛЛЕГИЯ
АЛЬМАНАХА-45

Наши награды

Наши партнеры

Карта сайта

Наши кнопки

Поиск по сайту

«Книга отмирает, но я её пишу»

Наталия Литвинова

Беседовал Олег Мартов

На снимках Татьяны Баевой: ВМ читает свои стихи;

поэт, девушки и автографы.

Свободный поиск

РЕДКОЛЛЕГИЯАЛЬМАНАХА-45

Наши награды

Наши партнеры

Карта сайта

Наши кнопки

Поиск по сайту

РЕДКОЛЛЕГИЯ
АЛЬМАНАХА-45