Возможно, потому, что жизнь никогда не была такой весёлой, как хотелось и как могла бы быть, само собой как-то так получилось, что я стал писать и пишу уже тридцать лет (с двумя перерывами по одиннадцать лет) юмор широкого профиля: рассказы, литературные пародии, иронические стихи, миниатюры, причём, последние – в разных рубриках, числом около двадцати пяти. А ещё столько же лет (с теми же перерывами), может, потому, что было много несчастных любовей и ни одной счастливой, кроме первой, я пишу лирику, преимущественно любовную, что в совокупности с юмором – весьма редко встречающееся явление в отечественной литературе, своего рода «адская смесь», как сам называю.

Учитывая специфику международного альманаха «45-я параллель», его чисто поэтический уклон, я сложил, как из пазлов, эксклюзивную поэтическую юмористическую подборку, проигнорировав весь свой прозаический юмор.

Как может заметить искушённый читатель, основа подборки – двустишия из цикла «Любимая!..». Трудно изобрести или открыть что-то новое в юморе. Всё уже сделано до тебя, остаётся только разрабатывать юмористические рудные жилы вширь и (или) вглубь.

Но: я могу скромно гордиться тем, что бесконечный цикл «Любимая!..» никто, насколько мне известно, кроме вашего непокорного слуги, не открыл и не разрабатывает так яростно.

Все знают: Владимир Вишневский – отец одностиший, а Игорь Губерман – отец четверостиший. Трудно удержаться, чтобы порой не забежать на их территории, хоть немного да побыть нарушителем юмористических границ, благо, за это не приговорят к высшей мере – творческой смерти. Но: нарушения бывают редко и в малых объёмах. В основном, я зациклился на цикле двустиший. Возможно, в далёком светлом будущем потомки назовут меня отцом двустиший. (Игорь Иванченко – отец двустиший. Согласитесь, весомо и ёмко звучит!) Уже сейчас, при жизни, эта надежда согревает мою переохлаждённую сибирскими морозами душу.

Почему же именно двустишия? Ниже попробую обосновать необоснуемое, а пока процитирую Игоря Мироновича Губермана (из его книги «Прогулки вокруг барака»): «…что вскоре стал писать одни четверостишия. И обнаружил с удивлением, что мне четырёх строк сполна хватает, чтобы выразить и высказать всё – всё до капли, что хочу я выразить и высказать. Ибо короткие, как выяснилось, мысли я имел и чувства испытывал непродолжительнее».

Если строго следовать логике мэтра, у меня, раз я специализируюсь на двустишиях, мысли ещё короче губермановских, а чувства – непрдолжительнее, мельче и слабее. Наверное, так и есть. А как же тогда быть с Вишневским? Неужели у него всё ещё хуже обстоит, чем у меня?! Нет, конечно. Скорее, наоборот. Видимо, чем меньшего объёма литературное произведение, тем сильнее нарушается формальная логика.

Не скрою, мне приятно и комфортно «обитать» со своим нескончаемым циклом двустиший между такими китами юмора, как ВИШНЕВСКИЙ и ГУБЕРМАН. А если серьёзно об юмористическом, двустишия для меня – максимально миниатюризированная литературная форма, которая позволяет, не растекаясь мыслью по древу, передать всё, что цепляет душу и возмущает рассудок.

Говорят, афоризм написать труднее, чем роман. Тогда, наверное, двустишие написать не легче, чем поэму.

P. S. Ещё я – без ложной скромности можно написать и об этом – изобрёл спецрубрички для юмористических миниатюр острой сексуальной направленности и назвал их соответственно: «СЕКСотики», «СЕКСоточки», «СЕКСовочки», «СЕКСовки» и «Ироничинки-СЕКСуалистичинки», часть из которых привожу ниже. Эти рубрики, в отличие от цикла «Любимая!..», имеют предел, так как подкрепляются не платоническим, но физиологическим влечением, а оно, как известно, конечно во времени и конец ему наступает порой задолго до физической смерти, кладущей крест на любви.

Автор

© Игорь Иванченко, 2001 – 2007.

© 45-я параллель, 2007.