* * *
Оправленные синими кругами,
Как мной любимы вечности глаза –
Озёра и моря, и океаны,
Родные берега, чужие страны,
И миг разлуки – раковина сна.
* * *
Ангел блуждающий, первоявленный,
Ангел предутренний, ангел вечерний,
Ангел, в поклоне над миром летящий,
Ангел растаявший – ангел прозрачный.
И пред очами земного простора
С кистью зари пролетающий снова,
Близкий и дальний – где-то меж нами –
Ангел блуждающий, ангел печальный.
* * *
Видела я, как прошёл он в плаще,
Шляпой махнул мне и скрылся в толпе.
Полы плаща – словно крылья вразлёт,
Шляпа, как облако, следом плывёт.
Видела я – он сидел на скамье
В облаке-шляпе и крыльях-плаще.
Сделал приветствие взмахом руки,
Словно когда-то мы были дружны.
Там, за углом, есть один поворот.
Видела я – он стоял у ворот,
В золоте игл, что слетали с плаща,
Солнечный циркуль вращался луча.
Он – чужедалец, а я – пешеход,
Битый уж час всё брожу у ворот.
Стрелки смежились. В футляре луча –
Облако шляпы и крылья плаща.
Видно, янтарного времени мёд
Вытек до капли из солнечных сот.
Тоска
Её печать шероховата.
Сургуч её не истребить.
Молчать – сто лет.
Любить – сто лет.
О воле думать – тыщу лет.
И горстка пепла так легка,
И обветшали рукава
Дорог и странствий.
* * *
Бело-розовые дали,
Бело-синие стволы
В дымке легких очертаний –
Не весна, а дух весны.
Бело-жёлтые разливы,
Полнолунные поля –
Не пейзаж – его мотивы,
Не напев – его душа.
Белокаменные храмы,
Разноцветие лучей –
Не картины – дух слияний,
Воздух Родины моей.
* * *
Сколько их, спящих, на этой земле?
Не сосчитать и ни вам и ни мне.
Сколько меж ними волнистых мостов,
Узами сколько скреплённых узлов.
Сколько длиннот не озвучено сном,
Сколько зыбучих течёт в нём песков.
В сон уходящий – как будто навек –
Странником спит на земле человек.
Но за грядой уходящего сна
Сколько их, вестников ясного дня?
Праведных, грешных,
Зрячих, слепых,
Нищих, богатых,
Певчих, немых.
* * *
И он настроит скрипку,
И он возьмёт смычок –
Маэстро ростом с ноготь
По имени Сверчок.
Услышит каждый шорох
И тишину вокруг
Маэстро ростом с ноготь –
И у него есть слух.
Весь зал – запечный угол
В гирлянде паутин,
Но как тревожат звуки
Из-за кулисных ширм!
И подиум – напёрсток,
Свалившийся с окна,
Но близок скрипки локоть,
Отзывчива струна.
Бесфрачный, ростом с ноготь,
Маэстро тихих нот.
С листа судьбы – играет,
С листа души – поёт.
* * *
Есть безначальное начало,
Где в бесконечности конца
Не предвещают чью-то старость,
Не закрывают ей лица.
Едины смерть и жизнь,
Едины.
И в бесконечности конца –
Озера лилий, словно лица,
Где нет единого лица.
* * *
Вселенная зренья,
Вселенная звука,
Вселенная чувства,
Вселенная слуха,
Вселенная зова,
Вселенная стона –
Во полное имя –
Вселенная слова.
Вне плена понятий
Всесильного круга –
Во полное имя –
Вселенная духа.
* * *
Был дням его исчислен срок,
И осень шла по следу лета,
Но как внезапен был уход,
Но как протяжно было эхо.
За чёрным росчерком дерев,
Омытый сном, ещё тревожил
Чуть голубеющий апрель,
Где приложил к губам свирель
Небесный спутник перелёта.
© Татьяна Третьякова Суханова, 1999-2007.
© 45-я параллель, 2007.
| 
