Пока девочки смотрят на мальчиков
* * *
Какая лёгкость бытия Невыносимая – Неси меня от ты до я, Неси меня. И божьи слёзы упадут На утомлённую Макушку нежную мою, В тебя влюблённую.
* * *
А я уезжала в ковидом болеющий год, И респиратор, лицо закрывая, ложился забралом. И всё-таки это не он перекрыл кислород. А воздуха стало – уничтожительно мало. И в мире убитая горем была обстановка. Тётя Европа приголубивала, лаская. На сердце моём кровоточили татуировкой Триумфальная площадь и Тверская-Ямская. И блудная дочь воротилась в твоё нутро И легла головою вниз в утробе Московской. И пахла я, пахла я, пахла я как метро. И падала в ноги Пушкину с Маяковским.
* * *
I
Ну а что, если сила не в счастье, не в правде, А просто в Ньютонах? Вряд ли яблоки падали, Чтобы остаться в законах. Вряд ли яблоки падали, Чтоб превратиться в тела, Чтоб я школьный зачёт Из-за падали той не сдала. Если яблоки падают, Это кому-нибудь нужно. Жаль, что к физике я Безнадёжно давно равнодушна. Да и в целом выходит, Что сила в деньгах и цензуре. Я не знаю, в чём сила, И что б я ответила Юре.
II
Я не знаю, в чём сила, но всё же мне хочется верить, Верить в целом – и в то, что не всё в этом мире паршиво. И я знаю: в какой-то из этих слоёных вселенских материй Мама Бэмби, и Бим, и Муфаса останутся живы.
* * *
Когда у меня будет сын, я отдам его в музыкальную школу. Привезу пианино «Ласточка» Из Тольятти. Пианино «Ласточка» в две тысячи третьем году стоило целую тысячу. Чтобы вы понимали: мы за съёмную двушку платили четыре. Пианино «Ласточка» с поломанной «фа» третьей октавы Семь лет музыкальной школы специальность сольфеджио хор скрипичный/басовый ключ второе сопрано Я отдам своего сына в музыкальную школу, Чтоб ходить в красивых нарядах к нему на концерты, сидеть во втором ряду, держать спину прямо. И аплодировать после поклона da capo al fine* ____________ * в музыкальной терминологии значит «повторить с начала до слова конец»
* * *
Город Елец можно положить на ладошку, убаюкать, сказать: «Ничего, ничего». Город Елец скатывается в землю хлебной крошечкой, превращается в сад. Райские птицы говорят: «Возвращайся». Я говорю им: «Передайте Еве, там вышел новый айфон – ей такое вроде бы нравится». Город Елец ткнулся в ладошку мокрым носом котёнка, царапнул лапкой, отозвался влюблённостью в мальчика из детского сада, позвонил, как девочка, с которой гуляли в одном дворе, а потом она переехала. Оставила мне записку в почтовом ящике с номером телефона. Я набирала, но абонент был not available now.
* * *
Плохие новости Не сообщают о прибытии своего поезда. Они сами выгружаются на вокзале. Сами вызывают себе такси. Их никто не ждёт на перроне, Не целует, Не обнимает. Плохие новости уже выехали. Но я ещё не знаю о них. Плохие новости не торопят водителя «Яндекса», Но в этот раз навигатор не барахлит. У плохих новостей нет ключей, Но соседка выходит гулять со своим доберманом, И они попадают в подъезд. Плохие новости не ездят на лифте – Следят за собой – Поднимаются на четвёртый этаж. Жмут на звонок. Но им открываю не я. Я вас обманула, Плохие новости. Точнее ошиблась, когда заполняла данные. Я живу на пятом. На четвёртом живут мои родители. Но в другом городе. На другой улице. До свидания, Плохие новости. Сегодня вы приходили к другим.
* * *
Лежать в своей детской комнате, Которую когда-то покупали на вырост – А теперь я выросла, И ничего моего не осталось в этой комнате. Была двухъярусная кровать, И я на своём втором этаже была как в отдельной комнате. Кровать выбросили. Поставили диван. Кто-то переставляет книги на полках, И они стоят не так, как я их оставила. Ничего моего не осталось в этой комнате. Эту комнату называли детской, Потому что мы делили её с одним из братьев. А какая же она теперь детская, Если нам с ним по двадцать пять и двадцать восемь. У него тоже ничего не осталось в этом детстве. Мы остались в этой квартире в детских рисунках, медалях, грамотах, в фотографиях на стенах, в двух чашках – жёлтой и голубой. Мы остались в магнитах на холодильнике, Там, где девочка катит брата на саночках, потому что своя ноша не тянет, нет. В двух смеющихся котиках, потому что в дом, где смеются, приходит счастье.
* * *
I
Мой младший брат, тот который младше, чем первый младший, приносил из детского сада рисунки, конфеты, чужую одежду (редко) – и ещё обязательно ротавирус, что, как известно, дело семейное. Папа тогда работал в Москве, и я прибегала из своей комнаты, когда мама ночью звала меня шёпотом, чтобы не разбудить первого младшего. Я уже понимала, что там ждёт лужа из обеда и ужина, кислый запах и смена постельного. И мой младший младший прижимался ко мне своими кудряшками, пока мама убирала следы пребывания чего-то не нашего в нашей квартире. И мне хотелось защитить младшего младшего от всего и всех в мире. Даже от ротавируса.
II
Когда младшему младшему было четыре, мы гуляли на детской площадке, и он испугался грома. Он бежал ко мне, как к единственному спасению, кричал моё имя. Я бежала навстречу, старалась бежать быстрее, чтобы он боялся меньше хотя бы на десять метров. Я тогда поняла строчку из давно надоевшей песни: потому что любовь и правда может убить мир.
III
Я завязывала младшему младшему шарф потуже, потому что он много болтал, а мне хотелось подумать. Я водила его на спектакли, в которых люди говорили за кукол. Он задавал вопросы. А я молчала – я впервые влюбилась и не смотрела на сцену. Ждала сообщений.
IV
Младший младший учится в старшей школе. В этом году он получит паспорт. В его жизни уже нет кудряшек и боязни грома. Почти нет ротавирусов. И людей, говорящих за кукол, тоже больше нет.
* * *
Я придумала дом, перед ним засадить палисадник, Завести себе пса и кур выгонять с крыльца, Чтобы в гости ко мне заезжал обезглавленный всадник – Потому что боялась любого не твоего лица. Чтобы скатерть стелить и стол накрывать гостю, Слушать чашек и блюдец звеняще-трещащий стук. И ему заполнять смородиной красной горсти, Потому что боялась любых не твоих рук. Я придумала дом, чтобы всадник стоял за забором – Но не будет ни дома, ни чашек, ни пса: се ля ви. Всё равно не смогу под его молчаливым надзором, Потому что боюсь любой не твоей любви.
* * *
Если рыба окажется с красной икрой, Не узнает об этом несчастный ловец. Этот мир завершится финальной игрой, Но никто не расскажет, что это конец. Под ногами крутится-крутится мяч, На трибуне болельщик почти матерится. Я не знаю, когда мой финальный матч, Но и после него мячик будет крутиться. Улетает красивый решающий гол, Разбиваясь на тысячи мячиков – Мир стоит, пока мальчики смотрят футбол, Пока девочки смотрят на мальчиков.
© Анна Царегородцева, 2025.
© 45 параллель, 2026.