Галина
Бестужева

Маэстро Май

На все лады мелодия По миру разнеслась: Черёмухи рапсодия И ландышевый джаз. Чеканный марш тюльпановый, Вишнёвый полонез Смущают душу, радуют, Возносят до небес! Цветочная симфония, Звучи, не умолкай! Ай да весна-затейница! Играй, маэстро Май!

* * *

Мне повезло вселенски, Душою не кривлю. Два города ганзейских По жизни я люблю. Один – Великий Устюг, А Кингисепп – другой. Мечусь меж ними с грустью, Как поезд заводной. В одном мои истоки, В другом теперь мой дом. Там – детские уроки, А здесь – судьбы диплом. История скрепила Два города в союз. Они мне как перила, Жизнь бьёт, а я держусь! Сейчас уже не важно, Пир на каком дворе: Ганзейский праздник дважды В моём календаре.

Неизменно течение рек

Наших северных рек берега: То слоёный кусок пирога, То песчаными косами пляж – Милый сердцу знакомый пейзаж. Вечер медленно льёт тишину, Миг – и выплеснул в реку луну, И горят у воды костерки – Терпеливо ждут клёв рыбаки. Просыпается утром река, Умываются в ней облака. В строгом графике почасовом Гладь речную утюжит паром. Реки: Сухона, Юг и Двина – Заповедная нам сторона. Как бы каждый ни прожил свой век, Неизменно течение рек.

* * *

О, сень небесная, лесная! Осин дрожащие персты И берегов сажень косая – Всё это Родины черты. Без них я – нищая старуха И неразумное дитя, И только здесь мне будет пухом В день предназначенный земля.

* * *

Ночь в забытьи: то ли сон, то ли нет… Мука! Совсем не награда. Память настойчиво тянет на свет. То, чего помнить не надо. То, от чего убежать я хочу Прочь, далеко, без оглядки, И потому добровольно молчу, С прошлым играючи в прятки. Спрятаться негде – у памяти нет Сейфов, укромных местечек. В каждом то ль счастье, а то ли скелет, И ход игры бесконечен. Ночь в забытьи: то ли сон, то ли нет… Незавершённая повесть. Тёмные пятна всплывают на свет. То просыпается совесть.

* * *

Всё случается некстати. Всё бессмысленно по сути. Я – изменчивость в квадрате, Ты – лишь пункт в моём маршруте. Время – яростный погонщик Череды кромешных будней, И становится всё тоньше Нить меж «было», «есть» и «будет». Одиночество – награда, Путь к себе, простой и верный. Что прошло, тому я рада И признательна безмерно. Душат гордую свободу Даже ласковые путы. Сквозь поток, не зная брода, Я иду своим маршрутом.

Министр по делам одиночества

Министр по делам одиночества В своём министерстве один, Без имени и без отчества, Глухой и немой господин. Он пишет ответы тоскливые На письма себе самому, Такие слезливо-тоскливые, Кладёт их одно к одному. И стопка бумажная высится, И впору министру завыть. Аукнет – и сам же откликнется. Удел – в одиночестве быть. Слоняется, мается, корчится, Но бросить не в силах портфель. Министр по делам одиночества! Так, может, откроете дверь?

* * *

Я поеду в Тикопись, Там такая «тихопись»! Строки вызревают, Как рябины гроздь. Там стучат дождинки Пишущей машинки – Песню сочиняет Мимолётный дождь. Там берёзы с вязами Делятся рассказами. Сколько слышно тайного В шёпоте листвы! Петухи, собаки Расставляют знаки, Не пропустят мимо Ни одной строфы. Там разноголосица – Травы мерно косятся, Летним гимном славя Деревенский быт. Мне там вольно пишется И свободно дышится… Еду, еду в Тикопись! И вопрос закрыт.

На террасе

На террасе, где гуляет сквозняк, К небу тянется по нитям фасоль, Там фонарь старинный – милый пустяк – И два кресла под советский фасон. Вьются осы оголтелой шпаной, Вязнут лапками в янтарном меду. Самовар зовёт, как раньше, домой. На знакомый запах дыма иду. По цветам в вазонах – времени счёт: То нарциссы, то сирень, то пион. Паучок в углу тихонько плетёт Невесомые узоры времён. Час придет, мы отдели́м шелуху, Будет на зиму фасолевый суп. Те слова, что были не на слуху, Здесь сорвутся неожиданно с губ. А над крышей нарастающий дождь Бьёт чечётку в водосточной трубе. Всё, что раньше было – блажь или ложь, Смоет начисто, он верен себе. На террасе целый день суета. Видно, центр вселенной именно тут. Жизнь кипит, как в самоваре вода. На террасе благодать и уют.

* * *

Торжественность, спокойствие, смиренность В желтеющих осенних деревах. Такое благоденствие бесценно: Гармония и в душах, и в умах. Замедлен бег, отложены раздоры. Перед вселенской этой тишиной Бессмысленны любые разговоры, Верней всего побыть сейчас одной. Настроить сердце, сбившееся с ритма, И дать крамольным мыслям укорот, Тогда придёт несбывшаяся рифма, И новый стих тогда меня найдёт. Уверенной, спокойной, осенённой Шагну я в неизбежный листопад, Без суеты, без спешки, без короны, Совсем другой, чем полстроки назад.

Грозовые облака

Ходят по небу большие Грозовые облака, Словно фуры грузовые, Возят дождь издалека. Им невидимый диспетчер Говорит, кому куда, То ли – к полю, то ли – к речке, Или – прямо в города. Строит бабушка прогнозы Раньше теленовостей: Ломит кости – будут грозы, Значит, завтра ждать дождей! Вот и ходят грозовые Грузовые облака, Тяжеленные, большие… Я за зонтиком. Пока!